Денег на учителей нет: российские школы как клиенты «Сбера»




В конце мая министр цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Максут Шадаев заявил в Госдуме, что у государства нет денег на квалифицированных учителей в сельских школах, а через несколько дней вице-президент, директор дивизиона «Цифровые платформы образования» «Сбера» Марина Ракова на Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ) поведала собравшимся о школьном образовании будущего. Наш обозреватель оценивает предложение банковского менеджера о внедрении в курс школьной математики для девочек задач о принцессах, шопинге и розовых пони, а также размышляет, есть ли связь между заявлением министра, который внезапно раскрыл «государственную тайну», и экспертным мнением вице-президента «Сбера» о школьном образовании. 

Источник фото: скриншот
Источник фото: скриншот видеозаписи панельной дискуссии на ПМЭФ

ЦОС вместо квалифицированных учителей

В конце мая на расширенном заседании Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи с участием министра просвещения Сергея Кравцова и министра цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Максута Шадаева обсуждали, почему во многих школах России не хватает учителей и почему правительство стремится развивать цифровую образовательную среду (ЦОС). В самом конце заседания, когда министр просвещения уже ушел, министр «цифры», снисходительно улыбаясь, неожиданно сообщил присутствующим сведения, которые всем известны, но разглашать их строжайше запрещено:

Таких денег нет, чтобы учителей привести в сельские школы, дать им жилье и обеспечить полный комплект квалифицированных учителей в сельских школах. Таких возможностей нет.

Максут Шадаев

Максут Шадаев на расширенном заседании Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи
Максут Шадаев на расширенном заседании Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи

Изъясняется Максут Шадаев, конечно, запутанно, но идея понятна: квалифицированные учителя обходятся государству слишком дорого, в то время как ЦОС позволит снизить затраты на школьное образование.

В тексте новости на сайте Госдумы о заявлении Шадаева, разумеется, нет ни слова, да и видеозапись заседания в какой-то момент исчезла.

Капасити, тайм-ту-маркет и фронтир

Ровно через неделю после слов Шадаева, многое проясняющих в государственной политике относительно школьного образования, на панельной дискуссии «Новые смыслы и ценности в образовании» в рамках форума «ПМЭФ Юниор» выступила вице-президент, директор дивизиона «Цифровые платформы образования» «Сбера» Марина Ракова. Она рассказала о том, как, на ее взгляд, будет выглядеть школьное образование будущего.

Начала Марина Николаевна, в недавнем прошлом – заместитель министра просвещения и куратор нацпроекта «Образование», с критики современной школы:

Очень скучно, очень неинтересно, и безумная трата времени: необходимо обязательно сидеть на уроках, а после уроков идти заниматься тем, что действительно интересно, и тем, что поможет в дальнейшем пути.

Марина Ракова

Было бы интересно узнать, что помешало Марине Николаевне в ранге замминистра сделать школьное образование веселым, интересным и без временных затрат, но об этом она не рассказывает.

После этого банковский менеджер произнесла обязательные слова об учителях, без которых качественное образование невозможно, и вроде бы покритиковала «стопроцентный онлайн», но из набора произнесенных слов сложно понять, критика это или, напротив, высокая оценка этого формата. Судите сами:

Первое, что хотелось бы сказать, что без учителей, без наставников, без тьюторов качественное образование невозможно. В силу этого стопроцентный онлайн не будет работать никогда. Он может работать, но он значительно снизит наши capacity и time-to-market, то есть то время, которое нам необходимо, для того чтобы обеспечить свое лидерство в той или иной передовой отрасли, выйти на frontier развития наук, технологий и так далее.

Марина Ракова

Зачем здесь использованы слова capacity, time-to-market и frontier – это отдельный вопрос. Можно, конечно, попытаться разобраться, но стоит ли? Кстати, термины Марина Ракова в данном случае использует неудачно. Если онлайн снижает наши возможности, то время выхода на передний край развития наук и технологий должно увеличиться, а она говорит о снижении. Если путаешься в англоязычных терминах, то не стоит их использовать. Хочется произвести эффект, а получается комично и нелепо.

Что касается упоминания педагогов, то из дальнейшего выступления вице-президента «Сбера» вообще невозможно понять, какая же роль отводится учителю в школе, оснащенной сберовской цифровой платформой персонализированного обучения. Об этом в выступлении ни слова, главное – это платформа и анализ бигдэйты. Да, именно так: «анализировать бигдэйту» – одно из любимых словосочетаний Марины Раковой (от big data. – Прим. ред.). И краеугольный камень будущей системы школьного образования.

Бутиковый формат

Бросается в глаза, что Марина Ракова гораздо охотнее критикует существующие подходы к образованию, чем расшифровывает, в чем суть сберовского метода. Кроме, конечно, анализа бигдэйты и быстрого выхода на фронтир развития наук и технологий.

К примеру, традиционный подход, при котором учитель-профессионал обучает детей своему предмету, она назвала «эксклюзивным бутиковым форматом», выразительно посмотрев при этом на сидящую рядом с ней Елену Шмелеву, руководителя фонда «Талант и успех». Россия, по мнению руководителя одного из подразделений «Сбера», слишком большая, чтобы обеспечить такие условия каждому ребенку.


Чувствуете, как близок смысл слов Марины Раковой к нехитрой мысли Максута Шадаева? С той лишь разницей, что министр «цифры» говорил о нехватке денег на учителей, а менеджер «Сбера» делает упор на размер страны, но по сути они говорят об одном и том же – неспособности государства обеспечить необходимый комплект учителей для каждой школы. Даже при нагрузке 1,5−1,7 ставки на каждого учителя в среднем. Теперь это, оказывается, эксклюзив, бутиковый формат.

Анализируем бигдэйту

Критика существующей системы – это очень важно и нужно, но хотелось бы услышать и что-то конструктивное. Конструктивное в понимании руководителя цифрового дивизиона банковской организации звучит вот так:

Что мы можем сделать и как, на мой взгляд, будет выглядеть образование будущего? Здесь, наверное, самое важное – это одно слово: персонализация. Ни в коем случае не путать с индивидуализацией и персонификацией. Это именно персонализация.

Марина Ракова

Вам все понятно? Нет? Тогда слушайте объяснение опытного эксперта в сфере школьного образования «на примерах»:

Для обеспечения персонализации массовой приходят на помощь цифровые технологии. И это то, на чем мы стоим. Это образование, которое data-driven. Что я имею в виду? Как рассказать на примерах? В какой-то момент, когда мы анализировали бигдэйту, мы увидели, что конкретно в 6-м классе в предмете математика на теме «Текстовые задачи на движение» у нас у девочек достижения на 25% ниже, чем у пацанов. Были выдвинуты разные гипотезы, оттестированы, и в итоге пришли к продукту, когда все задачи на движение были сделаны в формате семантики и лексикона, который гораздо больше близок девчонкам в шестом классе – это принцессы, это шопинг, это принц, это кареты, это лошади и так далее. Девчонки выросли по уровню достижений на 26%, опередив мальчишек на один процентный пункт. Это есть персонализация. Таких примеров у нас на сегодняшний день уже много, когда мы видим каждую секунду, что происходит с обучающимся.

Марина Ракова

В этом пассаже «прекрасно» все: и девочки, уступающие в 6-м классе мальчикам по образовательным результатам, и предложение давать девочкам задачки исключительно о принцессах и лошадках, и образование, которое data-driven.

Если задача Марины Раковой заключалась в том, чтобы максимально запутать слушателя, то следует признать, что у нее получилось.

Смотреть «видосики» и играть «в фифу»

От принцесс и лошадок Марина Ракова перешла к уникальным заданиям для каждого ученика, которые генерирует цифровая платформа. Такой подход, по ее словам, позволит раз и навсегда покончить с готовыми домашними заданиями (ГДЗ). Жаль только, сберовский эксперт по школьному образованию забыла рассказать, что будет с теми учениками, которые откажутся решать уникальные задания, сгенерированные специально для них. Просто откажутся.

Очевидно, в том образовании будущего, которое менеджер «Сбера» рисует в своем воображении, таких учеников не будет вовсе, потому что искусственный интеллект и нейронные сети смогут подстроиться под любого ребенка и предложить каждому что-то подходящее: посмотреть «видосики» или картинки, поиграть, как изящно выразилась Марина Николаевна, «в фифу́» (FIFA – серия компьютерных игр в жанре футбольного симулятора. – Прим. ред.), послушать подкасты и так далее.

Марина Ракова уверена: как только в школе появится сберовская платформа, ГДЗ отомрут, все дети примутся с воодушевлением учиться, а мы выйдем на frontier сразу по всем направлениям, потому что data driven – это вам не древний бутиковый формат, когда учитель по старинке объясняет ученикам математику, химию или физику. Это массовая персонализация, неизбежная и беспощадная. Главное не забыть, что в задачах для девочек должны быть исключительно шопинг и розовые пони, – и все у нас сразу наладится. Бигдэйтой клянусь!

Как оценивать результаты такого «образования будущего»?

Недавно портал сообщал, что российские девятиклассники в этом году массово завалили ОГЭ по математике. Полных данных – как по стране в целом, так и по регионам в отдельности – у меня нет, но случай предоставил возможность познакомиться с результатами в одном уральском городке. Ничего удивительного в уральских результатах нет. В двух лучших школах города, в которых, по выражению Марины Раковой, используется «эксклюзивный бутиковый формат», а в переводе со сберовского на русский язык – традиционный учебный процесс, результаты самые обычные: двоек нет, хорошие и отличные оценки – больше 70%. В худших школах города, где по традиции наблюдается нехватка учителей-предметников, в том числе и по математике, около 30% двоек. В остальных школах – нечто среднее. Обычная, словом, картина этого года.

Нет смысла спрашивать у тех, кто всеми средствами добивается массового внедрения сберовской платформы в школы нашей страны, какие результаты покажут школьники, которых обучала цифровая платформа дивизиона Марины Раковой: как в лучших или как в худших образовательных организациях уральского городка?

Дело в том, что глава Сбербанка Герман Греф неоднократно заявлял

Одна из моих личных целей – убить экзамены.

Герман Греф

Действительно, зачем сдавать экзамены школьнику, который смотрел «видосики» и картиночки, играл «в фифу́» и слушал подкасты? Вот как относится к экзаменам Марина Ракова:

Переходя к data-driven образованию, мы понимаем, что нам экзамены будут не нужны. Мы в режиме реального времени видим, что происходит с каждым учащимся, и мы можем себе позволить строить профили, которые говорят не только о «хард скиллáх», о знаниях дисциплинарных и междисциплинарных, мы можем говорить и о цифровых навыках, мы можем говорить о мягких навыках, то есть когнитивных, социальных, эмоциональных.

Не уверен, что есть хотя бы малейший смысл анализировать всерьез этот «поток сознания». Достаточно задать вопрос деканам разных факультетов МГУ, МФТИ, ВШЭ, МГИМО, Бауманки: готовы ли они по профилям выпускников в сберовской цифровой платформе отбирать себе будущих студентов?

Еще один важный вопрос: не приведет ли массовое внедрение подобных цифровых платформ к еще более явной дифференциации школ? Выпускники школ «бутикового формата», то бишь с учителями, будут сдавать экзамены, чтобы потом учиться в лучших университетах страны и мира, а выпускники школ формата «массовой персонализации», прошедшие обучение на платформе, получат профиль, в котором будет указано: просмотрено столько-то «видосиков», прослушано столько-то подкастов, любит такие-то компьютерные игры, слушает такую-то музыку. Вполне вписывается в экосистему «Сбера»: «образование будущего» от Сбермаркета.


Сложно прогнозировать, каково будет соотношение числа «бутиковых и «массовых» школ. Максут Шадаев, конечно, проговорился, но точных цифр не назвал: сколько же планируется сэкономить на сельских учителях, денег на которых у государства нет. Но на цифровые платформы – сколько угодно.


Обращаем ваше внимание, что мнение редакции портала не всегда совпадает с мнением автора.

к комментариям


Читайте также

Комментарии (0)