Вечером под одной лампой могут вместе работать и подростки, и учителя

2019-04-17T14:41:24.415Z
3 0

В конце марта 2019 года учителю математики и физики из кенийской деревни Питеру Табичи вручили международную премию Global Teacher Prize (сумма премии – один миллион долларов). Предлагаем посмотреть, как сегодня выглядят обычные кенийские школы, в одной из которых работает «лучший в мире учитель».    

Бесплатное образование, которое не всем по карману

Бывшая британская колония, Кения стала независимой в 1963 году. К этому моменту грамотными были всего 20 % населения, а школы открывались в основном усилиями христианских миссионеров. Спустя полвека после обретения независимости уровень грамотности в стране достиг 85 % – это один из самых высоких показателей в Африке. И хотя за эти годы система образования в Кении сильно изменилась и приблизилась к западной, многое по-прежнему способно вызывать у нас удивление.

Кстати, Питер Табичи – не только потомственный педагог, но и монах-францисканец. На помощь ученикам из бедных семей он тратит как свои силы и время, так и большую часть заработка.    

Власти не раз предпринимали попытки сделать школьное образование бесплатным. Последняя из них была реализована в 2003 году. С тех пор формально за обучение в школе как таковое платить действительно не надо. Однако расходы все равно есть, и немаленькие. Родители должны покупать детям форму и делать разного рода взносы: при поступлении в школу, перед сдачей экзаменов и т. д. Разница в том, что теперь эти расходы может позволить себе больше семей, хотя по-прежнему не все: большая часть населения страны живет за счет временных заработков, получая 2-3 доллара в день, высок и уровень безработицы. 

В результате в школу ходят около 70 % детей, несмотря на то, что первые восемь классов считаются обязательными. И не все из тех, кто начал учиться, остаются в школе до восьмого класса, а начиная с девятого количество учеников сокращается еще сильнее (всего классов двенадцать).  

В Кении есть государственные (бОльшая часть), церковные и частные школы. Обучение в частных школах стоит слишком дорого для большинства семей. 

Около трети выпускников продолжает образование в высшей школе: на родине или за рубежом. В самой Кении несколько государственных университетов и около двадцати частных, но учеба и в тех, и в других платная. Студенты из Кении есть и в России, существует даже Союз кенийских выпускников России и СНГ.

Самый старый ученик

И все-таки в начале двухтысячных, после того как образование «подешевело», количество учащихся в начальных классах резко увеличилось. И это были не только дети школьного возраста (начинать учебу здесь полагается в 5-7 лет). Всемирную известность приобрел неграмотный кенийский фермер Кимане Маруге. Он впервые в жизни сел за парту в 2004 году. На тот момент ему было 84 – по его собственным подсчетам, ведь никаких документов, подтверждающих дату рождения, у Кимане Маруге не было. Впоследствии он успел стать старостой класса, выступил на саммите ООН и практически до самой смерти, даже переехав в дом престарелых, продолжал учебу (скончался кениец в 2009 году).

Пример Кимане Маруге вдохновляет, но справиться с таким потоком учеников для кенийской образовательной системы оказалось непросто, и последствия до сих пор дают о себе знать: у переполненных школ не хватает ни ресурсов, ни кадров.   

Как выглядит обычная школа 

Кенийская школа, как выразились западные журналисты, в буквальном смысле может быть создана руками учителей: на фотографиях можно увидеть голые стены из глины и шифера, на которых висят написанные от руки плакаты. Прямо над головой – стропила крыши. Во время дождя из-за шума, с которым капли падают на листы шифера, голос учителя бывает трудно расслышать. 

Такие постройки мало чем отличаются от домов, в которых живет большинство кенийцев как в деревнях, так и в городских трущобах. В них нет газа, света и водопровода, для нужд гигиены – одна общая выгребная яма. При этом в одной-двух комнатах может ютиться целая семья. К слову, рождаемость в Кении высокая, фертильность – около 4,5 рождений на женщину (хотя это ниже, чем несколько десятилетий назад и чем в некоторых других африканских странах сегодня). 

В школе, где работает Питер Табичи, есть электричество и даже компьютер с выходом в интернет. Правда, всего один, поэтому часть небольшой зарплаты педагога уходит на подготовку к урокам в интернет-кафе и ксерокопии. Теперь он планирует потратить свою премию в том числе и на новые компьютеры для школы.

Столов и стульев тоже не хватает, и за старой деревянной партой, рассчитанной на двух учеников, порой теснятся четверо. У учителя может быть такой же стол и дешевый пластиковый стул, какие мы привыкли видеть в летних кафе. Там, где нет и этого, парты заменяют доски, положенные на большие камни или обрубки бревен.

Предметы и экзамены

В начальной школе изучают два государственных языка (английский и суахили), математику, естественные и социальные науки. В средней школе есть обязательные предметы и те, которые ученики должны выбирать; изучать можно сельское хозяйство, бухгалтерское дело и т. д., как в наших колледжах и техникумах.

Учебный год в Кении начинается не с сентября, а с января, и делится на триместры. В апреле, августе и декабре – каникулы. Каждый учебный год завершается экзаменами по всем предметам, а чтобы перейти в девятый класс, то есть в среднюю школу, надо сдать национальный экзамен – аналог нашего ЕГЭ. После этого выпускники получают сертификат о начальном образовании. 

Расписание

Уроки по нашим меркам начинаются очень рано – в 7.30. В школу дети нередко ходят пешком; дорога в один конец может занимать час и больше. Значит, вставать надо примерно в 5.30. В это же время обычно просыпается вся семья. Спать ложатся тоже рано – около восьми вечера. Режим сна и бодрствования зависит от светового дня, который практически круглый год длится с 6.30 до 18.30. Такого распорядка придерживаются в Кении все: и безработные жители трущоб, и офисные работники, и иностранцы-предприниматели (за исключением любителей ночной жизни). Кстати, температура в течение года здесь тоже примерно одинаковая: +25 и выше днем и около +15 ночью.

На занятия полагается ходить в форме. Девочкам – в платьях, мальчикам – в брюках, рубашках, жилетах того цвета, который принят в конкретной школе. Форму часто донашивают за старшими или покупают с рук за пару долларов. Если после этого не осталось денег на ботинки, придется идти в старых резиновых шлепанцах или босиком, в бедных районах этим никого не удивишь. Головы и у девочек, и у мальчиков, особенно младших, одинаковые, бритые или коротко стриженные. 

С собой школьник несет ручку, карандаш и тетрадь или блокнот для записей. Учебники закупает школа, правда, их редко хватает на всех. Всю необходимую информацию учитель записывает на обычной меловой доске, а ученики переносят в тетрадь. Сидеть с учебником – привилегия. 

Уроки идут примерно до трех часов, с перерывом на обед. С питанием бывает по-разному. Иногда детей кормит местная церковь. Напомним, что самая распространенная религия в Кении – католицизм. Иногда еду готовят прямо на месте. За обеды надо заплатить, а в дополнение к ним купить авокадо или банан. Если денег нет, школьники могут приносить еду с собой, а те, у кого нет ни денег, ни еды, остаются голодными. Вода в бедных школах одна и для мытья рук, и для питья – дождевая. Кстати, туалеты тоже есть не везде, и чаще всего это знакомые нам деревянные строения с дырой в полу.

После уроков – спортивные игры на поле, которое во время дождя превращается в сплошную грязь. Домашнее задание иногда тоже делают в школе, задерживаясь до семи, восьми и даже девяти часов. В это время уже темнеет, и под одной-единственной лампой, подвешенной к стропилам, могут вместе работать и подростки постарше, и учителя.    

Педагоги

Учителя школ – в основном местные жители. Курс на африканизацию кадров, взятый правительством Кении, привел к тому, что в учебных заведениях стало меньше педагогов других национальностей (например, индийцев). Качество образования из-за этого снизилось: претендентов из местных предпочитали приезжим, даже если как специалисты они явно проигрывали. Питер Табичи – тоже кениец, но таким учителям, как он, конкуренция со стороны иностранцев явно не страшна.

Хороших или плохих, учителей не хватает: в маленьких классах с глиняными стенами под руководством одного педагога занимается по 40 и даже 60 человек – если говорить о самых младших, т. к. с каждым годом все меньше детей из потока остается в школе. 

Справиться с таким количеством подопечных педагогам непросто, тем более что плохая дисциплина в Кении – более серьезная проблема, чем нехватка учебных пособий. И дело не в разговорах на уроке, прогулах или бросании бумажек. Самый незначительный повод может вызвать самую настоящую вспышку насилия, так что под угрозой оказываются жизни учеников и учителей. Тогда приходится вмешаться местной полиции. 

Например, в школе города Меру в центральной части страны учителям пришлось закрыться в кабинете, чтобы избежать расправы: ученики были недовольны тем, что им не разрешили готовиться к празднику во время уроков. Полиция применила силу, и двое школьников получили огнестрельные ранения. Участвуют школьники и в уличных беспорядках.

Из-за высоких нагрузок и низкой зарплаты профессия учителя не слишком престижна. К началу 2010-х было подсчитано, что работать по специальности идет менее половины выпускников вузов с педагогическим дипломом, а 55 % тех, кто уже работает, хочет сменить профессию. Тогда эту проблему пришлось признать и властям. 

Иногда достаточно отойти совсем недалеко от одной из школ, которые мы описали, чтобы попасть в совсем другую Кению. Контраст между городскими трущобами и богатыми районами поражает; в последних есть и престижные школы, где учатся дети местной элиты и приезжих – европейцев и американцев. В одну из привилегированных школ не так давно приглашали работать и Питера Табичи, но он отказался, так как считает своим призванием работу среди бедных. А это – большинство жителей страны.


Читайте также
Комментарии (0)
2019-04-17T14:41:24.415Z
3 0

Вечером под одной лампой могут вместе работать и подростки, и учителя


В конце марта 2019 года учителю математики и физики из кенийской деревни Питеру Табичи вручили международную премию Global Teacher Prize (сумма премии – один миллион долларов). Предлагаем посмотреть, как сегодня выглядят обычные кенийские школы, в одной из которых работает «лучший в мире учитель».    

Бесплатное образование, которое не всем по карману

Бывшая британская колония, Кения стала независимой в 1963 году. К этому моменту грамотными были всего 20 % населения, а школы открывались в основном усилиями христианских миссионеров. Спустя полвека после обретения независимости уровень грамотности в стране достиг 85 % – это один из самых высоких показателей в Африке. И хотя за эти годы система образования в Кении сильно изменилась и приблизилась к западной, многое по-прежнему способно вызывать у нас удивление.

Кстати, Питер Табичи – не только потомственный педагог, но и монах-францисканец. На помощь ученикам из бедных семей он тратит как свои силы и время, так и большую часть заработка.    

Власти не раз предпринимали попытки сделать школьное образование бесплатным. Последняя из них была реализована в 2003 году. С тех пор формально за обучение в школе как таковое платить действительно не надо. Однако расходы все равно есть, и немаленькие. Родители должны покупать детям форму и делать разного рода взносы: при поступлении в школу, перед сдачей экзаменов и т. д. Разница в том, что теперь эти расходы может позволить себе больше семей, хотя по-прежнему не все: большая часть населения страны живет за счет временных заработков, получая 2-3 доллара в день, высок и уровень безработицы. 

В результате в школу ходят около 70 % детей, несмотря на то, что первые восемь классов считаются обязательными. И не все из тех, кто начал учиться, остаются в школе до восьмого класса, а начиная с девятого количество учеников сокращается еще сильнее (всего классов двенадцать).  

В Кении есть государственные (бОльшая часть), церковные и частные школы. Обучение в частных школах стоит слишком дорого для большинства семей. 

Около трети выпускников продолжает образование в высшей школе: на родине или за рубежом. В самой Кении несколько государственных университетов и около двадцати частных, но учеба и в тех, и в других платная. Студенты из Кении есть и в России, существует даже Союз кенийских выпускников России и СНГ.

Самый старый ученик

И все-таки в начале двухтысячных, после того как образование «подешевело», количество учащихся в начальных классах резко увеличилось. И это были не только дети школьного возраста (начинать учебу здесь полагается в 5-7 лет). Всемирную известность приобрел неграмотный кенийский фермер Кимане Маруге. Он впервые в жизни сел за парту в 2004 году. На тот момент ему было 84 – по его собственным подсчетам, ведь никаких документов, подтверждающих дату рождения, у Кимане Маруге не было. Впоследствии он успел стать старостой класса, выступил на саммите ООН и практически до самой смерти, даже переехав в дом престарелых, продолжал учебу (скончался кениец в 2009 году).

Пример Кимане Маруге вдохновляет, но справиться с таким потоком учеников для кенийской образовательной системы оказалось непросто, и последствия до сих пор дают о себе знать: у переполненных школ не хватает ни ресурсов, ни кадров.   

Как выглядит обычная школа 

Кенийская школа, как выразились западные журналисты, в буквальном смысле может быть создана руками учителей: на фотографиях можно увидеть голые стены из глины и шифера, на которых висят написанные от руки плакаты. Прямо над головой – стропила крыши. Во время дождя из-за шума, с которым капли падают на листы шифера, голос учителя бывает трудно расслышать. 

Такие постройки мало чем отличаются от домов, в которых живет большинство кенийцев как в деревнях, так и в городских трущобах. В них нет газа, света и водопровода, для нужд гигиены – одна общая выгребная яма. При этом в одной-двух комнатах может ютиться целая семья. К слову, рождаемость в Кении высокая, фертильность – около 4,5 рождений на женщину (хотя это ниже, чем несколько десятилетий назад и чем в некоторых других африканских странах сегодня). 

В школе, где работает Питер Табичи, есть электричество и даже компьютер с выходом в интернет. Правда, всего один, поэтому часть небольшой зарплаты педагога уходит на подготовку к урокам в интернет-кафе и ксерокопии. Теперь он планирует потратить свою премию в том числе и на новые компьютеры для школы.

Столов и стульев тоже не хватает, и за старой деревянной партой, рассчитанной на двух учеников, порой теснятся четверо. У учителя может быть такой же стол и дешевый пластиковый стул, какие мы привыкли видеть в летних кафе. Там, где нет и этого, парты заменяют доски, положенные на большие камни или обрубки бревен.

Предметы и экзамены

В начальной школе изучают два государственных языка (английский и суахили), математику, естественные и социальные науки. В средней школе есть обязательные предметы и те, которые ученики должны выбирать; изучать можно сельское хозяйство, бухгалтерское дело и т. д., как в наших колледжах и техникумах.

Учебный год в Кении начинается не с сентября, а с января, и делится на триместры. В апреле, августе и декабре – каникулы. Каждый учебный год завершается экзаменами по всем предметам, а чтобы перейти в девятый класс, то есть в среднюю школу, надо сдать национальный экзамен – аналог нашего ЕГЭ. После этого выпускники получают сертификат о начальном образовании. 

Расписание

Уроки по нашим меркам начинаются очень рано – в 7.30. В школу дети нередко ходят пешком; дорога в один конец может занимать час и больше. Значит, вставать надо примерно в 5.30. В это же время обычно просыпается вся семья. Спать ложатся тоже рано – около восьми вечера. Режим сна и бодрствования зависит от светового дня, который практически круглый год длится с 6.30 до 18.30. Такого распорядка придерживаются в Кении все: и безработные жители трущоб, и офисные работники, и иностранцы-предприниматели (за исключением любителей ночной жизни). Кстати, температура в течение года здесь тоже примерно одинаковая: +25 и выше днем и около +15 ночью.

На занятия полагается ходить в форме. Девочкам – в платьях, мальчикам – в брюках, рубашках, жилетах того цвета, который принят в конкретной школе. Форму часто донашивают за старшими или покупают с рук за пару долларов. Если после этого не осталось денег на ботинки, придется идти в старых резиновых шлепанцах или босиком, в бедных районах этим никого не удивишь. Головы и у девочек, и у мальчиков, особенно младших, одинаковые, бритые или коротко стриженные. 

С собой школьник несет ручку, карандаш и тетрадь или блокнот для записей. Учебники закупает школа, правда, их редко хватает на всех. Всю необходимую информацию учитель записывает на обычной меловой доске, а ученики переносят в тетрадь. Сидеть с учебником – привилегия. 

Уроки идут примерно до трех часов, с перерывом на обед. С питанием бывает по-разному. Иногда детей кормит местная церковь. Напомним, что самая распространенная религия в Кении – католицизм. Иногда еду готовят прямо на месте. За обеды надо заплатить, а в дополнение к ним купить авокадо или банан. Если денег нет, школьники могут приносить еду с собой, а те, у кого нет ни денег, ни еды, остаются голодными. Вода в бедных школах одна и для мытья рук, и для питья – дождевая. Кстати, туалеты тоже есть не везде, и чаще всего это знакомые нам деревянные строения с дырой в полу.

После уроков – спортивные игры на поле, которое во время дождя превращается в сплошную грязь. Домашнее задание иногда тоже делают в школе, задерживаясь до семи, восьми и даже девяти часов. В это время уже темнеет, и под одной-единственной лампой, подвешенной к стропилам, могут вместе работать и подростки постарше, и учителя.    

Педагоги

Учителя школ – в основном местные жители. Курс на африканизацию кадров, взятый правительством Кении, привел к тому, что в учебных заведениях стало меньше педагогов других национальностей (например, индийцев). Качество образования из-за этого снизилось: претендентов из местных предпочитали приезжим, даже если как специалисты они явно проигрывали. Питер Табичи – тоже кениец, но таким учителям, как он, конкуренция со стороны иностранцев явно не страшна.

Хороших или плохих, учителей не хватает: в маленьких классах с глиняными стенами под руководством одного педагога занимается по 40 и даже 60 человек – если говорить о самых младших, т. к. с каждым годом все меньше детей из потока остается в школе. 

Справиться с таким количеством подопечных педагогам непросто, тем более что плохая дисциплина в Кении – более серьезная проблема, чем нехватка учебных пособий. И дело не в разговорах на уроке, прогулах или бросании бумажек. Самый незначительный повод может вызвать самую настоящую вспышку насилия, так что под угрозой оказываются жизни учеников и учителей. Тогда приходится вмешаться местной полиции. 

Например, в школе города Меру в центральной части страны учителям пришлось закрыться в кабинете, чтобы избежать расправы: ученики были недовольны тем, что им не разрешили готовиться к празднику во время уроков. Полиция применила силу, и двое школьников получили огнестрельные ранения. Участвуют школьники и в уличных беспорядках.

Из-за высоких нагрузок и низкой зарплаты профессия учителя не слишком престижна. К началу 2010-х было подсчитано, что работать по специальности идет менее половины выпускников вузов с педагогическим дипломом, а 55 % тех, кто уже работает, хочет сменить профессию. Тогда эту проблему пришлось признать и властям. 

Иногда достаточно отойти совсем недалеко от одной из школ, которые мы описали, чтобы попасть в совсем другую Кению. Контраст между городскими трущобами и богатыми районами поражает; в последних есть и престижные школы, где учатся дети местной элиты и приезжих – европейцев и американцев. В одну из привилегированных школ не так давно приглашали работать и Питера Табичи, но он отказался, так как считает своим призванием работу среди бедных. А это – большинство жителей страны.

Читайте также
Комментарии (0)