Три ключевые проблемы на стыке школы и вуза



Ректор Высшей школы экономики (ВШЭ) Ярослав Кузьминов во время одной из дискуссий Московского международного салона образования (ММСО-2020) назвал три ключевые, по его мнению, проблемы, возникающие на стыке общего и высшего образования, школы и вуза: социальное неравенство, неоднородность аудитории по уровню знаний и короткие сроки обучения в общеобразовательной школе. Почему образование должно выполнять функцию социального перемешивания, что такое бакалавриат в России и каковы пути решения обозначенных проблем – обозреватель портала ищет ответы на вопросы и комментирует тезисы ректора ВШЭ.

вуз

Разрывы между школой и вузом

В рамках ММСО-2020 состоялась дискуссия «Новое высшее образование: каким оно будет после вынужденного периода дистанционной работы», в которой приняли участие замминистра науки и высшего образования Дмитрий Афанасьев, ректор РАНХиГС Владимир Мау и ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов.

Дмитрий Афанасьев отметил, что сейчас все переживают за выпускников школы, которые в непривычном формате завершают обучение. Беспокоятся и вузы, поскольку для них чрезвычайно важно, какими знаниями обладают будущие студенты.

Вузы планируют по-разному реагировать, но у всех есть инструменты входного контроля, поскольку хотелось бы понимать, какие знания у будущих студентов необходимо будет компенсировать в рамках учебного процесса, – считает замминистра науки и высшего образования.

Ярослав Кузьминов же выделил три проблемы, касающиеся взаимоотношений школы и вуза, о них хорошо знают все заинтересованные лица, но предпочитают не выносить на всеобщее обсуждение.

Итак, о чем же шла речь?

Социальное неравенство

Первая важнейшая и острейшая проблема – социальное неравенство.

ЕГЭ обеспечивает справедливость, но не обеспечивает равенство, – подчеркивает ректор ВШЭ.

Складывается парадоксальная ситуация: на бюджетных местах учатся в основном выходцы из обеспеченных слоев населения, а платят за свое образование молодые люди из семей с невысоким социально-экономическим статусом (СЭС) – малоимущих и с низким уровнем образования родителей.

Образование, – отмечает Ярослав Кузьминов, – не выполняет функцию социального перемешивания, что во многих странах является ключевым элементом объединения общества. В ближайшие десятилетия надо что-то с этим делать, иначе Россия будет социально нестабильной и раздробленной.

Какие меры необходимо принять? Ректор Вышки уверен, что нужно запускать программы поддержки абитуриентов из социально уязвимых семей.

Социальный лифт

В качестве примера такой программы можно привести проект ВШЭ «Социальный лифт».

На государственном уровне выделено несколько категорий граждан, которые имеют особые льготы, дающие приоритетное право на получение высшего образования. К ним, в частности, относятся лица, имеющие инвалидность, дети-сироты, а также подростки, достигшие 18 лет, из числа детей-сирот. Но не секрет, что остается еще много абитуриентов, которые в силу различных социальных факторов и жизненных обстоятельств не могут конкурировать за бюджетные места с большинством поступающих, равно как и оплачивать свое обучение.

Цель проекта – поддержать таких ребят, предоставив им возможность в случае недобора баллов, необходимых для поступления на бюджет, обучаться за счет средств ВШЭ.

Социальный лифт ВШЭ

Результаты реализации проекта в рамках приемной кампании 2019 года

В 2020 году предполагается в рамках программы зачислить 165 человек. Проект реализуется в московском, санкт-петербургском и нижегородском кампусах Вышки. 

На странице проекта сообщается, что для участия в программе необходимый комплект документов следует направить по почте до 1 июня. Отбор кандидатов на получение льготы осуществляется специально созданной в ВШЭ комиссией.

Неоднородность по уровню знаний

Вторая отмеченная ректором ВШЭ проблема – неоднородность аудитории по качеству. Многие университеты берут на одну программу людей с колоссальным разбросом по уровню знаний. Ярослав Кузьминов привел такой пример: на 10 бюджетных мест, допустим, приняты студенты, набравшие по всем предметам на ЕГЭ по 70 баллов и выше, а на 25 внебюджетных – студенты с результатами от 35 до 50 баллов. Эти люди, по мнению ректора, учиться друг с другом не смогут, причем не сильные будут тянуть вверх слабых, а слабые потянут вниз сильных.

Некоторые ведущие вузы страны вводят дополнительные вступительные испытания, другие устанавливают планки на результаты ЕГЭ по профильным предметам, существенно превышающие пороги, определенные Рособрнадзором. Но, увы, далеко не все университеты переживают из-за низкого уровня подготовки студентов, готовых оплачивать свое обучение.

Отношение к платному студенту такое: он приносит деньги, и не так важно, какие у него знания. Рассмотрение студента как источника денег фатально плохо для университета, – утверждает Ярослав Кузьминов. – <...> Вузы принимают людей, не способных освоить программу, чтобы готовить из них инженеров. И самое страшное, что диплом инженера они получают, не будучи реально обученными.

Откровенное «коллекторство»

Впрочем, следует признать, что ситуация сейчас складывается не самая простая. Сферу высшего образования по итогам «коронавирусной эпопеи», по мнению телеграм-канала «Научно-образовательная политика» (НОП), ожидают серьезные финансовые вызовы. Дело в том, что доходы от платников являются для многих вузов одной их основных статей притока внебюджетных средств, но многие семьи в посткоронавирусный период просто не смогут платить за учебу.

Некоторые вузы идут на откровенное «коллекторство», выбивая из студентов плату за обучение, а не получив ее, начинают отчисления под лозунгом «найдем тех, кто будет платить». Эту фразу не мы придумали, ее озвучил на онлайн-встрече со студентами и их родителями ректор одного из крупных региональных вузов, при этом, заметим, обласканный вниманием властей субъекта федерации. Такое людоедство допускать нельзя, – считают эксперты телеграм-канала НОП.

На мой взгляд, после окончания пандемии вузам потребуется мощная государственная поддержка, иначе через несколько лет мы получим массовый выпуск экономистов, юристов, инженеров, дипломы которых подкреплены не знаниями, а исключительно кредитоспособностью родителей.

Школа недоучивает

Третья обозначенная Ярославом Кузьминовым проблема – в России очень короткий курс общеобразовательной школы.

С учетом длинных каникул и одного недостающего года мы «недоучиваем» 2,5–3 года, – сообщает ректор ВШЭ.

Необходимы пояснения. Во-первых, как следует из доклада Федерального института развития образования (ФИРО) РАНХиГС «Российское образование в контексте международных индикаторов», в большинстве стран мира, в отличие от России, дети начинают обучение в школе в 5– 6 лет и учатся 12 лет, в некоторых странах 13 и даже 14 лет. Во-вторых, академическая нагрузка по количеству учебных часов в году у российских школьников существенно ниже, чем в большинстве стран. Продолжительность учебного года, которая измеряется в учебных неделях, в мире варьируется широко, в частности для ступени основного общего образования от 34 в Ирландии до 44 в Мексике. Россия по этому показателю занимает предпоследнее место, опережая только Ирландию.

В результате бакалавриат российских вузов, по мнению Ярослава Ивановича, перегружен общеобразовательными предметами и выполняет обязанности старшей школы:

Мы на бакалавриате учим иностранным языкам, хотя это функция школы – учить иностранным языкам, а также основам философии, социально-экономических предметов, базовой высшей математике и так далее. <…> Мы часто относимся к бакалавриату как к общему образованию, как к необходимому этапу социализации, который крайне желателен для всех, но не связан с профессиональными компетенциями.

Что делать с бакалавриатом?

Ректор ВШЭ призывает думать и обсуждать, что в сложившейся ситуации делать и каким путем идти, и называет два возможных варианта.

Первый вариант предложил Владимир Путин: первые два года обучения в бакалавриате давать общее образование, а затем распределять студентов по профессиональным трекам. Ярослав Кузьминов полагает, что это очень дорого может обойтись, потому что во время «расслабленной двухлетки» есть риск потерять талантливых и способных к профессиональной работе студентов.

Второй вариант – развивать подход, который успешно применяется в Москве и ряде других российских городов. Это создание предуниверсариев, то есть школ при вузах. Вуз в этом случае «спускается» в школу, начинает предлагать предуниверситетские задачи и втягивать учеников 9–11-х классов в предпрофессиональную повестку. Кстати, в недавней статье о лучших школах России мы отметили, что в предметных рейтингах первые места заняли школы, функционирующие непосредственно при университетах.

Уважаемые читатели, мы хотели бы знать, что вы думаете о проблемах, обозначенных ректором ВШЭ Ярославом Кузьминовым. Возможно, у вас есть свой список насущных проблем, касающихся взаимоотношений школ и вузов. Пишите – нам важно знать ваше мнение.

Полную запись состоявшейся в рамках ММСО-2020 дискуссии «Новое высшее образование: каким оно будет после вынужденного периода дистанционной работы» вы можете посмотреть и послушать на сайте салона.

к комментариям


Читайте также

Комментарии (2)