Каждый третий – двоечник: как помогут Минпросвещения и Рособрнадзор

2020-04-17T10:38:44.209Z
22 2

Временно исполняющий обязанности главы Рособрнадзора Анзор Музаев сообщил порталу «Будущее России. Национальные проекты», что каждый третий ученик в стране не осваивает «минимальный базис образования по тем или иным предметам» школьной программы. В переводе с канцелярского языка на русский это означает, что 5,5 из 16,5 млн школьников в России – двоечники. Решение проблемы неуспеваемости надзорное ведомство и Минпросвещения видят в оказании методической поддержки учителям и директорам слабых школ. Даст ли эта мера ощутимый эффект и какие шаги действительно могут кардинально изменить ситуацию – размышляет наш обозреватель.

Как помочь слабым школам?

Смена названия и оценка масштаба бедствия

Анзор Музаев 19 февраля на совещании в Кабардино-Балкарии рассказал о совместном проекте Минпросвещения и Рособрнадзора «Школа равных возможностей», направленном на организацию методической помощи школам. В этот же день директор Федерального института оценки качества образования (ФИОКО) Сергей Станченко в Москве на совместном заседании экспертного и общественно-делового советов по национальному проекту «Образование» привел итоговые результаты Всероссийских проверочных работ (ВПР) за 2019 год: более чем в трети школ России свыше 30% учеников 5-6-х классов не осваивают программу либо по русскому языку, либо по математике, либо по двум предметам сразу.

Прошло полтора месяца, и врио главы Рособрнадзора сообщил, что проект теперь называется «500+», а проблемы школьной неуспеваемости характерны не только для учеников 5-6-х классов.

Если брать все срезы, которые у нас есть, около 32-35% не осваивают минимальный базис образования по тем или иным предметам, в странах-лидерах – это 5%. Сейчас наша задача, задача Министерства просвещения в том числе, чтобы эту цифру вывести хотя бы на уровень в 5% – такой, как у мировых лидеров в сфере образования, – отметил Анзор Музаев.

Можно ли верить результатам ВПР?

Некоторые данные из февральского доклада Сергея Станченко, признаться, неприятно поражают: к примеру, по итогам ВПР в 2019 году в 1,2% российских школ более 90% учеников 5-6-х классов получили двойки либо по русскому языку, либо по математике, либо по двум предметам сразу. Портал «Будущее России. Национальные проекты» приводит данные Минпросвещения: в стране насчитывается более 40 тыс. школ, следовательно, почти в пяти сотнях из них подавляющее большинство учащихся 5-6-х классов – двоечники как минимум по одному из двух основных предметов.

Немного, правда, успокаивает тот факт, что ВПР сложно назвать точным инструментом оценки качества образования. Почему, скажем, о 30% не сдавших ОГЭ или ЕГЭ никогда речь не шла? Обратите внимание: Рособрнадзор не приводит сравнительных данных доли двоечников по результатам ВПР и других внешних оценочных процедур – ОГЭ и ЕГЭ. Во сколько раз доля не преодолевших порог при сдаче государственной итоговой аттестации (ГИА) в 9-м и в 11-м классах меньше, чем доля двоечников при написании ВПР?

Конечно, строгое сравнение невозможно, поскольку в 9-м классе ВПР нет вообще, а в 11-м выпускники не пишут ВПР по предметам, по которым сдают ЕГЭ. И все же есть повод задуматься: почему при написании ВПР каждый третий – двоечник, а при сдаче ГИА ничего подобного не наблюдается?

Может быть, пора уже Рособрнадзору признать, что нет смысла использовать результаты ВПР для оценки состояния системы школьного образования? Во время круглых столов, организованных Рособрнадзором, много раз говорилось, что ведомством накоплен большой массив данных по результатам различных оценочных процедур: ВПР, ОГЭ и ЕГЭ, национальных и международных исследований качества образования. Получено, дескать, большое полотно, на котором отображаются результаты российского школьного образования. Не оспаривая грандиозные масштабы оценок, стоит все же заметить, что из этой картины вполне можно изъять результаты ВПР, точность которых составляет «плюс-минус трамвайная остановка». Можно и причины назвать, но это уже тема другой статьи.

Сколько в России слабых школ?

Рособрнадзор, оценивая состояние качества образования в стране опирается, разумеется, не только на данные ВПР. Так, например, по результатам международных исследований PISA-2018 Россия находится в начале четвертого десятка стран, поэтому сомневаться не приходится – проблемы в нашем школьном образовании есть. И решать их нужно, но как?

По мнению Анзора Музаева, база данных Рособрнадзора дает возможность оказать адресную методическую поддержку каждому отдельно взятому региону, муниципалитету и школе, которые испытывают проблемы. При этом, подчеркивает врио главы ведомства, речь о наказании отстающих или массовом переучивании всех школ страны не идет. Задача – подтянуть те из них, что испытывают трудности.

Минпросвещения, по словам Музаева, согласовало проект «500+» по работе с 30% слабых школ страны, которые определились по итогам прошлогодних ВПР. Обратите внимание: «30% слабых школ страны». 30% – это 12 тыс. школ.

Если мы сейчас подтянем их, то 30% школ и детей, которые в них учатся, будут получать более качественное образование, мы окажем методическую серьезную помощь учителям, директорам школ. И когда мы это сделаем, у нас автоматически в целом подтянется все образование, – заявил врио главы Рособрнадзора.

Вот бы узнать, сколько, по оценкам Рособрнадзора, в нашей стране было слабых школ до начала реализации национального проекта «Образование»?

Методическая поддержка школ – эффективная мера?

Давайте опять вспомним о тех почти пяти сотнях школ России, в которых, по оценке директора ФИОКО Сергея Станченко, 9 из 10 школьников 5-6-х классов – двоечники как минимум по одному из двух основных предметов.

В данном случае уместно опросить педагогическое сообщество: поднимите руку, кто считает, что рассылка Минпросвещения и Рособрнадзором методических указаний для учителей и директоров школ может существенно повлиять на долю двоечников? И почему раньше не рассылали, если все проблемы слабых школ заключались в отсутствии методической помощи?

Может быть, специалистам из Рособрнадзора и Минпросвещения, много лет проработавшим в слабых школах страны и отлично представляющим контингент учащихся и условия, в которых трудятся педагоги, стоит провести мастер-классы, чтобы продемонстрировать, как из 90% двоечников сделать 5%? Причина плохих результатов установлена: учителя и директора тех 30% школ России, которым надзорное ведомство и профильное министерство собираются оказывать методическую поддержку, учили детей неправильно и школами не так управляли. И вот теперь, после рассылки методических указаний, все наладится.

Уважаемые педагоги и директора школ, очень надеемся на ваши отклики: такой помощи от чиновников вы ожидаете?

Какие меры могли бы кардинально изменить ситуацию?

Лучшее, что могли бы сделать Минпросвещения и Рособрнадзор для резкого снижения доли школ и учеников со слабыми образовательными результатами, – привлечь для выработки действенных мер учителей-практиков. Кабинетные изыскания и методические рекомендации, подготовленные на основе анализа результатов ВПР, едва ли дадут желаемый результат.

Эффективная деятельность школьного учителя невозможна, если не созданы качественные условия. Если для получения нормальной зарплаты учитель вынужден работать на полторы-две ставки, то сил на полноценную работу с отстающими школьниками у него не останется. Зарплату не ниже средней по региону педагог должен получать при работе на одну ставку.

Существующая де-факто трехбалльная система оценивания в российских школах вступает в противоречие с процедурами внешнего оценивания. Анзор Музаев объявляет, что треть российских школьников – двоечники, но разве они остаются на второй год? Школьники, которые не осваивают, если верить оценочным процедурам Рособрнадзора, учебную программу, продолжают благополучно переходить из класса в класс, и никого это не смущает ни на федеральном, ни на региональном уровнях. Кто кого обманывает? Честные, а не «нарисованные» оценки – один из обязательных факторов качественного учебного процесса.

Хотелось бы получить от Рособрнадзора и Минпросвещения глубокий анализ причин высокой доли школьников, не справляющихся с учебной программой. Среди них, наряду с уже названными неадекватной зарплатой и учебной нагрузкой педагога, а также не отражающими реальную ситуацию оценками, наверняка должны фигурировать и неэффективные курсы повышения квалификации, и неблагоприятный школьный климат, и неблагополучная обстановка в семье, и ограниченные материальные возможности родителей, и еще многое другое, возможно, не столь очевидное.


Читайте также
Комментарии (2)
2020-04-17T10:38:44.209Z
22 2

Каждый третий – двоечник: как помогут Минпросвещения и Рособрнадзор


Временно исполняющий обязанности главы Рособрнадзора Анзор Музаев сообщил порталу «Будущее России. Национальные проекты», что каждый третий ученик в стране не осваивает «минимальный базис образования по тем или иным предметам» школьной программы. В переводе с канцелярского языка на русский это означает, что 5,5 из 16,5 млн школьников в России – двоечники. Решение проблемы неуспеваемости надзорное ведомство и Минпросвещения видят в оказании методической поддержки учителям и директорам слабых школ. Даст ли эта мера ощутимый эффект и какие шаги действительно могут кардинально изменить ситуацию – размышляет наш обозреватель.

Как помочь слабым школам?

Смена названия и оценка масштаба бедствия

Анзор Музаев 19 февраля на совещании в Кабардино-Балкарии рассказал о совместном проекте Минпросвещения и Рособрнадзора «Школа равных возможностей», направленном на организацию методической помощи школам. В этот же день директор Федерального института оценки качества образования (ФИОКО) Сергей Станченко в Москве на совместном заседании экспертного и общественно-делового советов по национальному проекту «Образование» привел итоговые результаты Всероссийских проверочных работ (ВПР) за 2019 год: более чем в трети школ России свыше 30% учеников 5-6-х классов не осваивают программу либо по русскому языку, либо по математике, либо по двум предметам сразу.

Прошло полтора месяца, и врио главы Рособрнадзора сообщил, что проект теперь называется «500+», а проблемы школьной неуспеваемости характерны не только для учеников 5-6-х классов.

Если брать все срезы, которые у нас есть, около 32-35% не осваивают минимальный базис образования по тем или иным предметам, в странах-лидерах – это 5%. Сейчас наша задача, задача Министерства просвещения в том числе, чтобы эту цифру вывести хотя бы на уровень в 5% – такой, как у мировых лидеров в сфере образования, – отметил Анзор Музаев.

Можно ли верить результатам ВПР?

Некоторые данные из февральского доклада Сергея Станченко, признаться, неприятно поражают: к примеру, по итогам ВПР в 2019 году в 1,2% российских школ более 90% учеников 5-6-х классов получили двойки либо по русскому языку, либо по математике, либо по двум предметам сразу. Портал «Будущее России. Национальные проекты» приводит данные Минпросвещения: в стране насчитывается более 40 тыс. школ, следовательно, почти в пяти сотнях из них подавляющее большинство учащихся 5-6-х классов – двоечники как минимум по одному из двух основных предметов.

Немного, правда, успокаивает тот факт, что ВПР сложно назвать точным инструментом оценки качества образования. Почему, скажем, о 30% не сдавших ОГЭ или ЕГЭ никогда речь не шла? Обратите внимание: Рособрнадзор не приводит сравнительных данных доли двоечников по результатам ВПР и других внешних оценочных процедур – ОГЭ и ЕГЭ. Во сколько раз доля не преодолевших порог при сдаче государственной итоговой аттестации (ГИА) в 9-м и в 11-м классах меньше, чем доля двоечников при написании ВПР?

Конечно, строгое сравнение невозможно, поскольку в 9-м классе ВПР нет вообще, а в 11-м выпускники не пишут ВПР по предметам, по которым сдают ЕГЭ. И все же есть повод задуматься: почему при написании ВПР каждый третий – двоечник, а при сдаче ГИА ничего подобного не наблюдается?

Может быть, пора уже Рособрнадзору признать, что нет смысла использовать результаты ВПР для оценки состояния системы школьного образования? Во время круглых столов, организованных Рособрнадзором, много раз говорилось, что ведомством накоплен большой массив данных по результатам различных оценочных процедур: ВПР, ОГЭ и ЕГЭ, национальных и международных исследований качества образования. Получено, дескать, большое полотно, на котором отображаются результаты российского школьного образования. Не оспаривая грандиозные масштабы оценок, стоит все же заметить, что из этой картины вполне можно изъять результаты ВПР, точность которых составляет «плюс-минус трамвайная остановка». Можно и причины назвать, но это уже тема другой статьи.

Сколько в России слабых школ?

Рособрнадзор, оценивая состояние качества образования в стране опирается, разумеется, не только на данные ВПР. Так, например, по результатам международных исследований PISA-2018 Россия находится в начале четвертого десятка стран, поэтому сомневаться не приходится – проблемы в нашем школьном образовании есть. И решать их нужно, но как?

По мнению Анзора Музаева, база данных Рособрнадзора дает возможность оказать адресную методическую поддержку каждому отдельно взятому региону, муниципалитету и школе, которые испытывают проблемы. При этом, подчеркивает врио главы ведомства, речь о наказании отстающих или массовом переучивании всех школ страны не идет. Задача – подтянуть те из них, что испытывают трудности.

Минпросвещения, по словам Музаева, согласовало проект «500+» по работе с 30% слабых школ страны, которые определились по итогам прошлогодних ВПР. Обратите внимание: «30% слабых школ страны». 30% – это 12 тыс. школ.

Если мы сейчас подтянем их, то 30% школ и детей, которые в них учатся, будут получать более качественное образование, мы окажем методическую серьезную помощь учителям, директорам школ. И когда мы это сделаем, у нас автоматически в целом подтянется все образование, – заявил врио главы Рособрнадзора.

Вот бы узнать, сколько, по оценкам Рособрнадзора, в нашей стране было слабых школ до начала реализации национального проекта «Образование»?

Методическая поддержка школ – эффективная мера?

Давайте опять вспомним о тех почти пяти сотнях школ России, в которых, по оценке директора ФИОКО Сергея Станченко, 9 из 10 школьников 5-6-х классов – двоечники как минимум по одному из двух основных предметов.

В данном случае уместно опросить педагогическое сообщество: поднимите руку, кто считает, что рассылка Минпросвещения и Рособрнадзором методических указаний для учителей и директоров школ может существенно повлиять на долю двоечников? И почему раньше не рассылали, если все проблемы слабых школ заключались в отсутствии методической помощи?

Может быть, специалистам из Рособрнадзора и Минпросвещения, много лет проработавшим в слабых школах страны и отлично представляющим контингент учащихся и условия, в которых трудятся педагоги, стоит провести мастер-классы, чтобы продемонстрировать, как из 90% двоечников сделать 5%? Причина плохих результатов установлена: учителя и директора тех 30% школ России, которым надзорное ведомство и профильное министерство собираются оказывать методическую поддержку, учили детей неправильно и школами не так управляли. И вот теперь, после рассылки методических указаний, все наладится.

Уважаемые педагоги и директора школ, очень надеемся на ваши отклики: такой помощи от чиновников вы ожидаете?

Какие меры могли бы кардинально изменить ситуацию?

Лучшее, что могли бы сделать Минпросвещения и Рособрнадзор для резкого снижения доли школ и учеников со слабыми образовательными результатами, – привлечь для выработки действенных мер учителей-практиков. Кабинетные изыскания и методические рекомендации, подготовленные на основе анализа результатов ВПР, едва ли дадут желаемый результат.

Эффективная деятельность школьного учителя невозможна, если не созданы качественные условия. Если для получения нормальной зарплаты учитель вынужден работать на полторы-две ставки, то сил на полноценную работу с отстающими школьниками у него не останется. Зарплату не ниже средней по региону педагог должен получать при работе на одну ставку.

Существующая де-факто трехбалльная система оценивания в российских школах вступает в противоречие с процедурами внешнего оценивания. Анзор Музаев объявляет, что треть российских школьников – двоечники, но разве они остаются на второй год? Школьники, которые не осваивают, если верить оценочным процедурам Рособрнадзора, учебную программу, продолжают благополучно переходить из класса в класс, и никого это не смущает ни на федеральном, ни на региональном уровнях. Кто кого обманывает? Честные, а не «нарисованные» оценки – один из обязательных факторов качественного учебного процесса.

Хотелось бы получить от Рособрнадзора и Минпросвещения глубокий анализ причин высокой доли школьников, не справляющихся с учебной программой. Среди них, наряду с уже названными неадекватной зарплатой и учебной нагрузкой педагога, а также не отражающими реальную ситуацию оценками, наверняка должны фигурировать и неэффективные курсы повышения квалификации, и неблагоприятный школьный климат, и неблагополучная обстановка в семье, и ограниченные материальные возможности родителей, и еще многое другое, возможно, не столь очевидное.

Читайте также
Комментарии (2)